Копейкин сжег картину, Линдеманн поругался с Эрмитажем: как все сошли с ума из-за NFT

Сегодня, 7:15 Культура Эфирная новость

Копейкин сжег картину, Линдеманн поругался с Эрмитажем: как все сошли с ума из-за NFT

6

Люди готовы платить миллионы долларов за строчку компьютерного кода, имеющего отношение к искусству. Такая цифровизация грозит на корню уничтожить искусство как таковое. ВКонтактеFacebook Одноклассники Twitter

Фото, видео: Depositphotos / Andrey_Kuzmin, /Ivankmit; 5-tv.ru

Но вот к настоящей культуре подобрался враг, который грозит уничтожить на корню искусство как таковое. Пресловутая цифра. На этой неделе с молотка ушли пять картин из коллекции Эрмитажа — среди них Ван Гог и даже бесценная «Мадонна Литта» Да Винчи.

За шедевры заплатили всего полмиллиона долларов. Как так? А это все NFT-токены. Цифровые копии, существующие в единственном экземпляре. Помешательство, которое стремительно шагает по планете. По большому счету, люди платят просто за фотографии, иногда, может быть, красивые, чаще — сомнительные… И в большинстве случаев — миллионы долларов.

Еще раз: платят просто за строчку компьютерного кода. Корреспондент МИЦ «Известия» Иван Литомин расскажет, когда от современного искусства останутся лишь дым и пепел, кто наживается на никому не понятной, но крайне популярной теме.

Этот костер — граница между двумя эпохами искусства. Знаменитый петербургский художник Коля Копейкин сжигает свое последнее творение, оставляя лишь пепел и цифровую копию. Огонь уничтожает материальное, но точно не может убить духовное. Которое теперь хранится на флешке.

NFT-токены — уже называют новым направлением в современном искусстве. Продукт художника — исключительно в цифровом формате. Простым языком — это картинка на компьютере. Она защищена технологией блокчейна (специальным компьютерным кодом) и цифровым протоколом (неким договором между автором и приобретателем). Подделать токен, сжечь или украсть — невозможно. Именно поэтому токены очень дорого стоят и за ними охотится чуть ли не весь мир.

Ажиотажем — не сказать хайпом — воспользовался Эрмитаж. Императорский музей решил подзаработать на популярной теме и выставил на продажу NFT-коллекцию из пяти картин. Ван Гог, Да Винчи, Кандинский, Джорджоне и Моне ушли с молотка за полмиллиона долларов. Самый дорогой лот обошелся коллекционеру-анониму под ником 8zz0 почти в 11 миллионов рублей.

Все пять полотен по-прежнему остаются в Эрмитаже. И знаменитая «Мадонна Литта» Леонардо да Винчи все так же на своем месте. Ее можно посмотреть и даже сфотографировать на свой мобильный телефон. Это не запрещено. Все, что продал Эрмитаж с аукциона, это цифровая копия полотна.

Но, как все подчеркивают, не просто копия, а единственно возможная. Не фото на телефон, скачанное из интернета, а уникальная цифровая репродукция. Куст сирени Ван Гога как бы взяли и скинули на флешку. Эрмитаж продает ее от своего имени, а директор Пиотровский лично подписывает в точную дату и время. Если разобраться, то музей, по сути, сделал деньги из воздуха. Ведь искусством здесь и не пахнет. В отличии, например, от ритуального костра, на котором сжег своего снеговика художник Копейкин.

«Не буду ничего нового придумывать в смысле своих героев. У меня любимые — снеговики и углевики. Я возьму снеговичка и нарисую его с такой монеткой NFT», — рассказал художник Николай Копейкин.

Революция в одном рисунке — рождение криптоискусства. Копейкин назвал свою работу «Снеговик и NFТик». Даже заранее зная, что холст будет уничтожен, художник все равно выверяет каждый мазок.

«Вот мы свами поменялись красками. У вас одна и у меня одна. Еще раз поменялись — у меня одна и у вас одна. А вот я рассказал вам историю, анекдот, да. И вы мне рассказали свой анекдот. У вас два анекдота и у меня два анекдота. То же самое и с картиной. На нее посмотрел человек, запомнил, и у она уже и его в том числе», — объяснил художник Николай Копейкин.

Именно с помощью цифры картину увидит максимальное количество людей. И в этом — главное преимущество криптоискусства, считает Копейкин. Покупатель первой NFT от петербургского художника получит не только единственный в своем роде цифровой экземпляр, а еще видео с подписью автора и несгоревший кусочек холста. Копейкин уже зарегистрировался на крупном цифровом маркетплейсе и в ближайшее время выставит лот на продажу.

Что делать с купленной криптокартиной? Ровно то же самое, что и с обычной картиной — показывать ее всем. Например, с огромного медиаэкрана стадиона. Так, в Казани в рамках молодежного форума устроили выставку диджитал-арта. Эта абстракция лишь на первый взгляд кажется бессмысленной. На деле — шедевры современного криптоискусства.

«А как объяснить, в чем искусство в традиционном искусстве? Вот, например, где искусство в картине Ван Гога? Это в восприятии, в чувствах, в отражении… Искусство — в глазах смотрящего», — рассказал криптохудожник Александр Астерр.

В случае с диджитал важно найти не публику, а покупателя. Михаэль Джерлисс — коллекционер крипто-арта. И у него есть работа Астерра «Арт-Трансформ». В свою небольшую галерею Джерлисс вложил миллионы рублей. И, сидя за компьютером, в пару кликов проводит для нас экскурсию.

«Почему я их покупаю? Потому что я хочу поддержать художника, который смог в моменте меня зацепить через свою работу. И под художником я подразумеваю любого человека, который что-то творит», — рассказал коллекционер крипто-арта Михаэль Джерлис.

А творить можно все что угодно. Это и есть философия NFT. Превращать в цифру картину совершенно не обязательно, так называемым NFT-токеном может стать абсолютно любой объект. Так, например, знаменитые уродцы из коллекции Петра Первого в петербургской Кунсткамере тоже могут обрести свои цифровые аналоги. Очень просто — при помощи смартфона и камеры.

Электронные баскетбольные карточки, котики, непонятная абстракция, какая-то сомнительная анимация или просто пятно. Это маркетплейс дешевых токенов, барахолка. Посмотрим, что подороже. Вот самый знаменитый и самый дорогой NFT-проект. Каждый день. Первые пять тысяч дней. 69 миллионов долларов. А это криптопанки — картинки пиксельных человечков. Почти восемь миллионов. Или вот — котик и радуга. Полмиллиона. Современные искусствоведы уже сравнивают NFT с авангардом.

Но художники к такому пока относятся с осторожностью. Никас Сафронов свои работы переводить в NFT не собирается, а уж тем более сжигать многочисленные портреты богемы…

«Это не искусство. Это финансовое вложение, всего лишь продуманное финансистами для удобства. Появляются новые формы, которые начинают работать по-своему. В них вкладываются деньги финансовые. Но потом он, наверное, наслаждается на острове, ест живые бананы», — пояснил художник Никас Сафронов.

А там, где большие деньги, появляются те, кто жаждет большой наживы. NFT работает по принципу криптовалюты — мало кто понимает, что это такое, но многие уверены, что это модно. А в моду и новые веяния люди готовы вложиться. Помешательство на уникальности просто сводит с ума. Токены еще хоть как-то обозримы, в отличие от искусства, которое производит итальянский скульптор Сальваторе Гарау. Вот его статуя. Не видите? А она есть. И стоит 15 тысяч евро.

«Неважно, что думаю именно я. Важно то, что представляют другие. Например, невидимая скульптура, проданная мной за 15-ть тысяч просто означает, что каждый человек, который находится рядом с ней видит в ней себя или что-то свое — интимное и духовное», — рассказал скульптор Сальваторе Гарау.

Еще дороже будет стоить цифровое фото этой интимной и духовной пустоты. Сальваторе уверен, ценник на его шедевр будет только расти. Но в какой момент пузырь лопнет? NFT от фронтмена Rammstein Линдеманна за последние несколько недель то пользовались спросом, то наоборот проваливались. А все потому, что Тилль был в центре первого в мире скандала об авторских правах на токены. Все в том же Эрмитаже Rammstein снимал клип на песню «Любимый город».

Как вдруг без всякой договоренности с музеем, Тилль наснимал себя в интерьерах и теперь продает фоточки на бирже почти за полтора миллиона долларов с подписью Hermitage Edition. У Эрмитажа к такой бизнес-схеме возникли вопросы. При этом ни сам Тилль, ни маркетплейс NFТ с продажи не снимали.

«Сейчас все правила регулируются в основном площадками, на которых размещаются подобного вида активы. Специальные инструменты, которые используют эти площадки — это способы верификации пользователей. То есть автор подтверждает, что он надлежащий автор», — пояснил юрист Артем Бухлов.

Что такое NFT-токен — инвестиция или искусство? Грамотное вложение или пирамида? Временное явление или полноценная идеология? В этих спорах понятно лишь, что шума вокруг крипто-арта гораздо больше, чем достойных экспонатов. А уничтожение оригинала картины — как это сделал художник Копейкин — все же больше маркетинг, чем красивый жест.

Копейкин все же приложил к этому кисть и сделал это от души, а не для наживы. Да и на фоне десятков тысяч экспонатов электронных барахолок его «NFТик» смотрится все же живее. Хотя, конечно, восемь миллионов долларов петербургскому художнику, вряд ли заплатят.

Искусство Деньги Криптовалюта Эрмитаж Rammstein Художник Никас Сафронов Интернет Аукцион

Читайте также

+13°

Копейкин сжег картину, Линдеманн поругался с Эрмитажем: как все сошли с ума из-за NFT

759 мм рт. ст.

Копейкин сжег картину, Линдеманн поругался с Эрмитажем: как все сошли с ума из-за NFT

94% 72.76
-0.37 86.15
-0.32 🧙‍♀ Гороскоп на сегодня, 12 сентября, для всех знаков зодиака

Нашли ошибку?

Укажите ваш email:

Отправить

Спасибо! Мы получили Ваше сообщение.

Закрыть

Копейкин сжег картину, Линдеманн поругался с Эрмитажем: как все сошли с ума из-за NFT