Ростислав Ищенко: Коломойский начинает, но не выигрывает

Игорь Валерьевич Коломойский, безусловно, бандит. Умный, талантливый, но бандит. Ему где-то даже нравится, что все знают о том, что он бандит, но отдают должное его уму и таланту

Ростислав Ищенко: Коломойский начинает, но не выигрывает

На фоне прочих украинских олигархов он может выглядеть даже привлекательно. Они-то такие же бандиты, но тупые и бестолковые. Поэтому Игорь Валерьевич, имея значительно худшие стартовые позиции (не имел он ни тестя-президента, ни наследства «хозяев» Донбасса и в дележе лазаренковского наследства в Днепропетровске не был первым, даже третьим не был), постепенно, но довольно быстро пробился в высшую украинскую олигархическую лигу, не будучи там самым богатым, был признан самым опасным хищником на фоне прочих далеко не травоядных и, в конце концов, поставив под контроль политическую власть на Украине, замахнулся на статус единственного олигарха.

Осознание своего интеллектуального превосходства над украинской финансово-политической тусовкой и долгие годы постоянных успехов сделали Коломойского самоуверенным. Отсутствие же реальной практики политической деятельности — огромный, и уже невосполнимый пробел, не позволяющий ему вовремя понять и оценить риски, создаваемые его нынешней позицией.

Чтобы понять проблему Коломойского, задайтесь вопросом: как обычные (далеко не выдающиеся) сыщики ловят матёрых уголовников? Не обычных мелких аферистов или промышляющую гоп-стопом гопоту, а людей высокообразованных, идеально знающих сферу, в которой собираются совершить преступление, которые само преступление прорабатывают, в том числе и с учётом полицейских методик, путают следы, заранее создают ложные цели. Ведь среднестатистический следователь или оперативник далеко не талантлив — скорее обычный служащий, с определённой спецификой работы. Их, талантливых, просто в природе не существует даже на одну десятую от кадровой потребности правоохранительных органов.

Ловит талантливых бандитов, как правило, не некий местный Шерлок Холмс, а аппарат, обладающий столетиями отработанной рутинной методикой. Посмотрите, как раскрывалось любое громкое и сложное дело, и вы обнаружите, что полиция (милиция), прокуратура и/или органы безопасности просто последовательно и скрупулёзно отрабатывали традиционную схему поиска хоть каких-нибудь следов (опрашивали граждан, которые могут обладать какими-то сведениями о преступлении или преступнике, отрабатывали вероятных подозреваемых и их связи и т.д.). Это гигантская работа, которая под силу только огромному аппарату. Один человек не может её провести. А преступник один. Он не в состоянии предусмотреть всё (любые случайности). Рано или поздно он допускает ошибку, рано или поздно эту ошибку вскрывает аппарат правоохранительных органов, а затем, шаг за шагом, находят и самого преступника.

Конечно, не все преступления раскрываются (некоторым преступникам везёт), но процент раскрытия достаточно высок для того, чтобы преступный бизнес не был слишком заманчивым делом. Желающие сыграть с органами в орлянку, как правило, проигрывают.

Коломойский, установив неформальный контроль над госаппаратом, не удосужился изучить его особенности. С точки зрения бандита, он принял абсолютно правильное решение. Во главе государства стоит президент, который не просто всем в этой жизни обязан Коломойскому, вырастившему из нищего кривляки клоуна-миллионера, но смертельно его боится. Знающие люди утверждают, что Коломойский обладает на Зеленского неким страшным компроматом. Возможно. Но надо понимать, что ни один компромат, опубликованный в момент краткой зашкаливавшей популярности Зеленского не мог бы ему повредить. Его поклонники просто не поверили бы, что их кумир может быть мерзавцем. В правильности этого утверждения можно убедиться на судьбах хоть украинских политиков, хоть российских (Ющенко и Ельцина их адепты одинаково истово любили в начале их правления и ненавидели в конце), хоть зарубежных (в США сторонники Клинтон искренне верили в то, что Трамп исчадие ада и агент Путина). Уж тем более не повредил бы Зеленскому компромат, опубликованный Коломойским (на котором клеймо негде ставить). Можно не сомневаться, что немедленно нашлись бы олигархи, желающие помочь президенту стереть в порошок зарвавшегося барыгу (и общими усилиями у них бы всё получилось). Кстати, за пределами Украины Игоря Валерьевича тоже не жаловали, так что в его случае вторично (после Плахотнюка молдавского) сложился бы евро-американо-российский консенсус, гласящий: «Надо давить».

В прямом противостоянии с Коломойским, буде такое случится, Зеленский мог бы опереться на поддержку большинства влиятельных политических сил, как внутри страны, так и за рубежом. Но он испытывает по отношению к Игорю Валерьевичу животный страх. И это страх оправдан, просто Зеленский хорошо знает «душку» Коломойского (за долгие годы изучил его значительно лучше, чем периодически берущие у него интервью украинские журналисты). Он знает, что в некоторых ситуациях Коломойский не остановится ни перед чем и пока в Вашингтоне, Брюсселе или Москве будут тонко намекать на то, что не следует обижать такого хорошего президента, собаки уже слижут клоунскую кровь с брусчатки Банковой.

Напомню, что Коломойский почти сверг Порошенко в марте 2015 года, несмотря на все намёки европейцев и американцев, и только прямая угроза посла США (который на тот момент располагал в Киеве реальной вооружённой силой) заставила его отступить. Отступить на время — он проиграл бой, но кампанию у Порошенко всё равно выиграл. Сейчас американцы не располагают на Украине ни теми возможностями, что были в 2014/15 годах, ни тем авторитетом. Да и Белый дом не желает больше вмешиваться во внутриукраинские дрязги. На Европу тоже надежды нет, а подумать об опоре на Россию для Зеленского и его окружения — худшее, что можно представить в этой жизни. Так что Зеленский будет верно служить Коломойскому, пока не появится кто-то, кто испугает его сильнее.

Но помимо Зеленского, который всего лишь полгода справлялся с задачей создания режиму «человеческого лица» на внешнеполитической арене и работы источником надежды на лучшее будущее внутри страны (после чего ему перестали верить и там, и там) есть аппарат президента (назови, его хоть администрация, хоть секретариат, хоть офис, а суть не измениться — люди кушать хотят). Есть правительство, набранное из молодых амбициозных ничтожеств, которыми легко управлять, и такое же большинство в парламенте, но Коломойский не может отслеживать каждое из этих ничтожеств в режиме реального времени и каждого вовремя ставить на место. А у правительства и у парламента есть свои аппараты, состоящие из никому не заметных бюрократов, некоторые из которых переживают шестого президента Украины, а пережитым премьерам уже и счёт потеряли. Постоянно идущее со времени Ющенко «обновление» бюрократического аппарата вымывает из него профессионалов, но бюрократическая традиция остаётся неизменной. Аппарат играет своего начальника, навязывая ему выгодный аппарату образ действий. Ни один начальник не в состоянии предусмотреть и проверить всё, картину мира рисуют ему подчинённые. Самые талантливые руководители талантливы не в том, что могут сломать аппарат, а в том, что способны подобрать адекватных подчинённых. Но это не о современной Украине.

В парламент, в правительство, в президентский офис, к министрам и к депутатам, к руководителям департаментов и к советникам, к Богдану и к Гончаруку, и ко всей прочей зеленской братии обращаются уважаемые люди, с просьбой о решении их проблем. Разумеется не бесплатно. Коломойский «слуг народа», конечно, тоже неплохо кормит, но то, что выдано им в кормление и близко не покрывает возможной прибыли от одной сделки на высоком олигархическом уровне. А они, будучи формально властью, вынуждены согласовывать свои действия с Коломойским, который формально никто, а на деле руководит ими. Надо понимать, что если бы сами «слуги народа» и согласились довольствоваться малым (поскольку и малое не так уж мало), то на прокорм бюрократического аппарата уже не хватает. И аппарат начинает бунтовать.
В этом противостоянии часть «слуг народа» становится на сторону Коломойского (тем более, что они видят безоговорочное послушание президента), но часть из них начинают Коломойскому оппонировать (тем более, что среди них есть люди искренне ставившие на Зеленского, как на деолигархизатора Украины). Оппонируют Коломойскому и птенцы Соросова гнезда, которых в команде Зеленского, как собак нерезаных (во всех её составных частях). Эти считают, что у них крыша покруче, чем у Коломойского, которого американцы, мягко говоря, не жалуют, хоть временно и вынуждены мириться с его ролью неформального регента Украины.

В общем, в команде «слуг народа» раздрай о котором на Украине говорят и пишут практически открыто. Никто из них пока не критикует Зеленского и не поминает всуе Коломойского (хоть на деструктивную роль последнего уже открыто намекают в правительстве). Но рейтинг Зеленского пополз вниз, и скоро он перестанет быть «священной коровой». А оппонирующие Коломойскому олигархические группировки (шанс которых на выживание напрямую связан с ликвидацией власти Игоря Валерьевича) откровенно работают с недовольными «слугами».

Доходит до того, что Коломойский вынужден в несколько истеричной форме угрожать Богдану и министрам правительства. Пока помогает, но близок тот момент, когда придётся действовать, реализовывать угрозы. И не факт, что когда этот момент наступит, у Коломойского будет больше сил, чем у его оппонентов. Тот же Аваков (играющий пока с Игорем Валерьевичем) прекрасно понимает, что как только Коломойский сожрёт всех олигархов, наступит черёд слишком самостоятельного и слишком богатого министра внутренних дел. Если же Коломойский проиграет, то оставшимся (причём серьёзно ослабленным борьбой) олигархическим группировкам всё равно понадобится Аваков (и как гарант их власти, и как арбитр в их спорах). Так что и здесь падение рейтинга Зеленского играет против Коломойского. Слабый и непопулярный президент может не решиться подержать Игоря Валерьевича в критический момент, опасаясь за собственную жизнь.

В общем, внутри страны Коломойский настроил против себя всех. Не лучше обстоят дела и на международной арене. При всём своём уме Коломойский так и не понял, что Украина не более, чем инструмент в руках глобальных политических игроков и удобная площадка на которой они проводят свои матчи. Самостоятельного значения она не имеет, потому и не может торговаться. Ведь это же нонсенс, чтобы клюшка, шайба или ледовый стадион торговался с хоккеистами по поводу игры.

Коломойский же, перенося правила внуриукраинской игры на внешнеполитическую арену, отчаянно торгуется. Выглядит он при этом как оборванный бомж, пытающийся продать полбутылки тёплого пива герцогу Эдинбургскому. Но себя со стороны он не видит, а остальные киевские лидеры ещё хуже, ибо и вовсе мозгами скорбные. Поскольку же все уже собрались договариваться, то этот мечущийся между глобальными игроками, вечно суетящийся бородач, то пытающийся продать ненужное, то нахально лезущий в чужой карман, начинает всех раздражать. Была бы на Украине хоть одна адекватная политическая сила, способная утилизировать Коломойского и не утратить контроль над ситуацией в стране, она давно была бы поддержана и Западом, и Россией. Но такой силы нет и не предвидится.

В сложившейся ситуации по мере падения рейтинга Зеленского позиции Коломойского должны слабеть, а его враги должны становиться более организованными, активными, опираться на всё более сильную оппозиционную фракцию внутри «слуг народа». Объективно это ведёт к проигрышу Коломойского в обозримой перспективе. Но это не значит, что он проиграет. Тактически он на порядок превосходит всех своих внутриукраинских оппонентов, как взятых вместе, так и по отдельности. В прямом столкновении он может выиграть партию даже у формально превосходящих сил (даже если против него объединится вся украинская политическая элита).

Но здесь мы сталкиваемся с парадоксом, характерным для украинской политики, но в ситуации с Коломойским проступающим наиболее выпукло. Обе стороны имеют шанс не проиграть, но ни одна из них не может выиграть. Столкновение между ними, независимо от его предполагаемого исхода приведёт к внешнему вмешательству (причём речь идёт далеко не только и даже не столько о России и ДНР/ЛНР, которые скорее выступят защитниками и спасителями, так же, как Москва и Дамаск выступили в Сирии, после начала турецкого наступления на курдов). Результатом же этого вмешательства может стать только демонтаж Украины. Если какое-то украинское государство и будет переучреждено, то явно в границах и близко не приближающихся у нынешним. Но даже это маловероятно, судя по всему время, отведённое на возможность сохранения хотя бы урезанного украинского государства Киев бессмысленно потерял. Теперь даже поляки, для которых независимая Украина, как буфер, отделяющий Польшу от России, является ключевым элементом обеспечения безопасности, похоже, утратили надежду в возможность спасения остатков украинского государства и пытаются лишь побольше заработать в ходе его неизбежной деструкции.

Столкновение Коломойского с украинским олигархатом и значительной частью пока формально единой команды Зеленского ведёт к уничтожению их общей кормушки (каковой является украинское государство), но они на всех парах несутся к этому столкновению (почти не оставляя места для мирного разрешения украинского кризиса), поскольку не в состоянии определить очерёдность подхода к кормушке (чтобы не толкаться) и размеры пайка, положенного каждому. Грубо говоря, их слишком много для того, чтобы их могло удовлетворить наличное количество ботвиньи. Поэтому даже в виду мясокомбината они продолжают визжать, толкаться и кусать друг друга. Каждый надеется, что, захватив корыто в единоличное владение, он откупится от мясников своими бывшими коллегами. Но это зря — бекона много не бывает.