Михаил Хазин: Об оккупационном режиме в США

Многочисленные скандалы в политическом поле, которые сотрясают США, вызывают крайнее удивление: неужели нельзя чётко и внятно определиться с интересами страны и как-то утихомирить страсти, которые уже начинают негативно влиять на возможности США в мире? А если к этому добавить агрессивные атаки Трампа на институты, которые обеспечивали гегемонию этой страны в мире последние 75 лет, то всё выглядит ещё более странно. Если Трамп играет во вред экономике своей страны, почему его поддерживает такая значительная часть населения?

Михаил Хазин: Об оккупационном режиме в США

Если попытаться дать очень короткий ответ на этот вопрос, то выглядит он примерно так: до недавнего времени США были, в некотором смысле, оккупированной страной и Трамп пытается от этой оккупации её избавить. А интересы США можно интерпретировать самыми разными способами и Трамп просто выбрал тот из них, который не зависит от лидеров этого самого «оккупационного режима».

А теперь попробую расшифровать этот тезис, который выглядит достаточно дико, во всяком случае, на первый взгляд. Но давайте по порядку. В 1944 году (принятие Бреттон-Вудских соглашений) доля США в мировой экономике составляла более 50%, что по производству, что по потреблению. На сегодня их доля по производству составляет менее 20% (точно сказать сложно, поскольку и сам ВВП — это чисто бухгалтерский показатель, который можно варьировать в достаточно широких пределах, и паритет покупательной способности, без которого нельзя сравнивать экономики разных стран, тоже достаточно субъективный показатель), но по потреблению — более 30%. Иными словами, страна живёт в долг.

При этом покупательная способность средней заработной платы в США на сегодня соответствует уровню конца 50-х годов, а высокое потребление связано со стимулированием спроса, который превышает реально располагаемые доходы примерно на 30% (в 1929 году этот разрыв был около 15%). Эта разница обеспечивается за счёт роста долга, как частного (который хотя и несколько упал по сравнению с ситуацией 2008 года, но по прежнему находится на уровне около 100% от годового дохода, что существенно превышает историческую норму в размере 60%), так и государственного, и корпоративного. Да, обслуживание этого долга не очень дорого стоит, но зато при существующих ставках нет нормального воспроизводства капитала, экономика стагнирует.

Такая ситуация связана с тем, что с 1944 года значительная часть роста экономики США была связана с эмиссионными механизмами. На первом этапе, с 1944 по начало 70-х годов, эта эмиссия шла на расширение сферы оборота доллара в мире, затем, с 1981 года, после кризиса 70-х, она шла на прямое кредитное стимулирование частного спроса. Более подробно этот процесс описан в моей книге «Воспоминание о будущем», сейчас же важно то, что он радикально перестроил хозяйственный механизм всей мировой экономики.

Упрощенно его можно описать в рамках следующей схемы. ФРС США (которая является частью бреттон-вудского механизма с его транснациональными структурами вроде МВФ и ВТО) печатает эмиссионные доллары, которые через систему бреттон-вудских транснациональных банков (созданных в 40-е — 50-е годы для реализации модели расширения сферы оборота доллара; в самих США в это время, напоминаю, банкам было запрещен создавать филиалы) инвестируются в различные страны мира с целью создания различных производств. Эти производства, в свою очередь, продают свою продукцию по низким (по сравнению со стоимостью товаров, производимых в развитых странах, в первую очередь, в США) ценам в развитых странах, чем повышают уровень жизни населения. А закрывающиеся производства компенсируются перераспределением эмиссионной прибыли и стимулированием спроса.

Спрашивается, чем эта схема не устраивает Трампа, да и значительную часть населения США? А дело в том, что её эффективность постепенно падала и мировая финансовая элита (которая только частично ассоциирует себя с США) решила повысить стоимость денег для того, чтобы восстановить доходность капитала (в США она номинально положительна, но ниже реальной инфляции, в Германии, скажем, она уже и номинально отрицательна). Но с учетом накопленного долга стало понятно, что население США просто не переживёт такого повышения ставок.

Разумеется, финансовую элиту такие мелочи не волновали. А поскольку она с 1974 года (отставки президента Никсона) фактически взяла под контроль государственной аппарат США (именно этот процесс я выше и назвал «оккупацией»), то начала жёстко проводить этот план в жизнь. Собственно, на первом этапе, для того, чтобы минимизировать издержки, была сделана попытка вывести эмиссионный механизм мировой валюты (доллара) из-под национального контроля США. То есть, фактически, довести до конца бреттон-вудскую реформу мировых финансов. Но тут коса нашла на камень и после «дела Стросс-Кана» стало понятно, что США эмиссию мировой валюты не отдадут.

А дальше стали усиливаться те элитные группы в этой стране, которые выступали против монополии финансистов (в том числе и на присвоение доходов от описанной выше «бреттон-вудской» схемы), который за описанные 75 лет увеличили свою долю в перераспределении прибыли с 5% до более чем 50%. Ускорение кризисных процессов в экономике только усилило эти тенденции и уже по итогам промежуточных выборов 2014 года стало понятно, что дело так просто не закончится. И вот, в 2016 году на выборах побеждает Трамп.

Суть его тезисов, которые поддержал американский народ, состоит в том, что нужно отказаться от «бреттон-вудской» модели (в рамках которой на сегодня больше выигрывают другие страны, в первую очередь Китай и Германия) и вернуться к модели старой, с опорой на внутреннее производство. При этом неявно (поскольку признаться в этом достаточно страшно) говориться о том, что для этого нужно отказаться от концепции доминирования финансистов в определении любых экономических стратегий в США.

Почему эта ситуация для финансистов недопустима? Да по понятной причине, она требует снижения их доли в доходах (относительной, замечу) на порядок, что приведет к аналогичному падению влияния в элите. Иными словами. колоссальное количество людей из главных игроков превратятся в достаточно бедных обывателей. Ну представьте себе, что владельцам современных российской банков предложат стать рядовыми бухгалтерами на предприятиях! Они будут сильно сопротивляться!

Вот эта картина и вызывает острый протест вашингтонского истеблишмента. За 40 с лишним лет, прошедших с 1974 года, они все уже выучили, что сделать карьеру можно только в рамках «дружбы» с финансистами, борьба же против них гарантирует карьерную катастрофу. Недаром Трамп сейчас для расследования дел Байдена и Клинтон тащит провинциальных следователей, которые еще не совсем испорчены вашингтонскими чиновниками! Но конфликт в любом случае будет только нарастать, поскольку и пресловутые чиновники понимают (и поведение Трампа им даёт дополнительные аргументы), что и им придётся уйти, как только Трамп окончательно добьёт бреттон-вудскую модель. А уходить никто не хочет…

Фактически, выборы 2020 года — это ключевой момент в истории США. Если Трамп выигрывает, он сможет разрушить финансовую оккупацию США окончательно и начнёт строить новую страну. Ресурсы которой будут направлены на благо её народа, а не на интересы финансистов. А вот если он проиграет, то финансисты все её ресурсы направят на спасение бреттон-вудской системы и тогда я американскому народу не позавидую, тут голодомор начала 30-х и икесовский «гулаг» станет цветочками. Финансисты не задумываясь зальют страну кровью с целью сохранить свою оккупацию и оставить под своим контролем эмиссионный центр мировых денег. Разумеется, всё равно не получится (дедолларизация в мировых масштабах неизбежна), но так они и атомную войну могут развязать.

В общем, схватка внутри США реально влияет на ситуацию во всём мире, но нужно понимать, что это схватка разных американских (ну, точнее, национальной американской и финансовой транснациональной) элит, но именно по этой причине говорить о «политике США» сегодня не совсем корректно. Нужно говорить о «политике США» в интересах финансистов и о «политике США» в интересах национальных элит. Просто до недавнего времени была только первая, сейчас одновременно конкурируют две, а что будет после ноября 2020 года мы пока не знаем. Но, скорее всего, победит вторая. Во всяком случае, будем надеяться.

И, в заключение, отмечу, что любой анализ политики США вообще или конкретного её политического деятеля в частности на сегодня невозможно делать, если не разделять упомянутые первую и вторую группы и чётко разделяя их интересы и цели. Которые принципиально различаются.